Как принятый в Грузии закон «об иноагентах» повлияет на мирный диалог? | Интервью с Медеей Турашвили

FacebookTwitterMessengerTelegramGmailCopy LinkPrintFriendly

Закон об иноагентах и мирный диалог

Парламент Грузии принял так называемый закон «об иноагентах», который оказывает прямое влияние на организации, работающие в направлении мирной политики. Аналогичный закон планируется принять и в Сухуми, где гражданское общество выступает против него с 2014 года.

В связи с продолжающимися демонстрациями в Тбилиси в медиа появилась информация о том, что “Грузинская мечта” попытается уравновесить недовольство прозападной части общества, выдвинув перед выборами тему территориальной целостности.

Как повлияет закон «об иноагентах» на неформальный мирный диалог? Стоит ли нам ожидать, что правящая партия «Грузинская мечта» предложит территориальную целостность вместо западной интеграции? Что означает солидарность части абхазского общества для участников тбилисских демонстраций? Исследователь конфликтов Медея Турашвили отвечает на эти вопросы с точки зрения «грузино-абхазского контекста».

Грузия получила так называемый закон «об иноагентах», за которым последовал большой общественный протест. Помимо общего воздействия на гражданское общество, как этот закон может повлиять на миротворческие миссии?

После 2008 года, когда Грузия приняла закон «Об оккупированных территориях», правительственные чиновники прекратили прямой диалог со своими коллегами из Абхазии и Южной Осетии. Однако гражданские организации – во избежание полной изоляции грузино-абхазского и грузино-осетинского обществ друг от друга – продолжили диалог.

Этот закон является прямым ударом по мирной политике Грузии и грузино-абхазскому и грузино-осетинскому гражданскому диалогу.

Этот гражданский диалог, также известный как публичная дипломатия, остается каналом связи между обществами, разделенными конфликтом, в то время как другие возможности для отношений, такие как официальные переговоры или движение вдоль оккупационной линии, ослабевают с каждым годом.

Политическими сторонниками и финансовыми гарантами грузинской мирной политики, переговоров, трансформации конфликтов, гражданского диалога, гуманитарных программ и программ развития всегда были Европейский Союз и его государства-члены, а также Великобритания и США.

Следовательно, этот закон является прямым ударом по мирной политике Грузии и грузино-абхазскому и грузино-осетинскому гражданскому диалогу. Во-первых, грузинское правительство выступило против всех своих западных партнеров и сторонников и поставило страну под угрозу изоляции от западного мира. Это окажет прямое негативное влияние как на процесс европейской интеграции Грузии, так и на мирную политику.

В связи с тем, что нынешнее правительство Грузии больше не является надежным партнером, политические и финансовые инвестиции Запада в нашу страну, включая мирную политику, находятся под вопросом.

Например, правительство Грузии особенно гордится Фондом мира, который служит укреплению грузино-абхазских и грузино-осетинских экономических связей. Этот фонд на 100 процентов финансируется западными партнерами. В связи с недавней политикой правительства Грузии финансирование этого фонда может быть пересмотрено.

Благодаря этому закону количество организаций, занимающихся вопросами мира, уменьшится, а качество их работы снизится.

Во-вторых, грузино-абхазский и грузино-осетинский гражданский диалог получает политическую и финансовую поддержку со стороны западных партнеров. Они поддерживают этот диалог как инструмент предотвращения вооруженного конфликта и укрепления доверия.

Кроме того, неправительственные организации работают в направлении социально-экономической помощи пострадавшим от конфликта и перемещенным лицам, проживающим вдоль разделительной линии, что служит интересам грузинского народа и политики мира, а не иностранных сил.

Благодаря этому закону количество организаций, занимающихся вопросами мира, уменьшится и снизится качество их работы – уменьшится их помощь населению, пострадавшему от конфликтов, сузится пространство для грузино-абхазского и грузино-осетинского диалога.

В-третьих, гражданский диалог основан на доверии и конфиденциальности. Если у представителей Абхазии и Южной Осетии больше не будет уверенности в том, что грузинские организации смогут защитить их личные данные и конфиденциальность, то они просто откажутся от участия из-за рисков безопасности. С принятием этого закона форматы мирного диалога могут полностью исчезнуть, что еще больше углубит отчуждение между грузино-абхазским и грузино-осетинским обществами, а это может быть только в интересах России.

Принятие закона «об иноагентах» оценивается Евросоюзом как блокирующее препятствие на пути открытия переговоров о членстве в ЕС, о чем сообщили ряд высокопоставленных европейских чиновников. Какую роль может сыграть сближение Грузии с Евросоюзом в плане мирного разрешения конфликта и какую перспективу мы можем потерять в этом направлении?

Грузия всегда хорошо понимала, что если Россия строит свою силу на нестабильности и отсталости соседних стран, то предпосылкой мира, безопасности, процветания и демократизации по европейской формуле являются сила, демократизация и безопасность ее соседей.

Это прямо отражено в Глобальной стратегии ЕС по внешней политике и безопасности, которая, в частности, гласит: «Безопасность внутри стран зависит от мира за пределами наших границ». Не случайно европеизация и европейская интеграция страны всегда были краеугольным камнем трансформации и мирного урегулирования конфликтов в Грузии.

Такая Грузия не может быть привлекательной и интересной для граждан Абхазии и Южной Осетии.

В определяющих документах мирной политики Грузии европейская интеграция рассматривается как гарантия благополучия и безопасности этнически и культурно разнообразного общества.

В отличие от российской политики, которая основана на силе, войне, оккупации и аннексии, политическое участие ЕС в Грузии, в том числе в направлении мира и безопасности, послужило укреплению государственных институтов и гражданского общества, защите верховенства закона и прав человека, и послужило укреплению переговорного процесса, а также защите населения, пострадавшего от конфликтов, и способствовало расширению социальных и экономических прав и возможностей лиц, перемещенных внутри страны.

Нанесение ущерба процессу интеграции с Европейским Союзом напрямую вредит перспективам мира в Грузии. Мы уже наблюдаем застопорившиеся демократические реформы, ухудшение ситуации с правами человека и свободой медиа, растущий авторитаризм и яркие примеры клептократии. Такая Грузия не может быть привлекательной и интересной для граждан Абхазии и Южной Осетии.

Нанося ущерб отношениям с Евросоюзом, правительство Грузии ставит под угрозу международные переговоры в Женеве (где Евросоюз является одним из сопредседателей); также специальные и наблюдательные миссии Европейского Союза; а также финансовую поддержку мирных инициатив.

Повлияют ли эти процессы каким-либо образом на политику непризнания?

Политику непризнания оккупированных территорий Грузии всегда поддерживали ЕС и США. С 2018 года, согласно специальному постановлению США, ни одно правительство ни одной страны, признавшей независимость оккупированных Россией Абхазии и Цхинвальского региона/Южной Осетии или установивших с ними дипломатические отношения, не сможет воспользоваться американским бюджетным финансированием.

Изоляция Грузии от западного мира может повернуть вспять волну признания.

Поддержка Грузии со стороны США сыграла важную роль в предотвращении признания со стороны российских правительств-сателлитов. Изоляция Грузии от западного мира может повернуть вспять волну признания.

Мирные инструменты ЕС, которые он использует в Грузии (политический диалог на высоком уровне, посредничество, наблюдательные миссии, укрепление безопасности, механизмы укрепления доверия, права человека и развитие, устранение/восстановление материального ущерба, нанесенного войной и т.д.), в первую очередь призваны решить проблему невозобновления вооруженных конфликтов и разделенных обществ, стремясь к мирному сосуществованию между ними.

По мере ослабления участия ЕС риски отчуждения, напряженности и эскалации конфликта будут возрастать. Грузия потеряет важные мирные инструменты и партнеров, поддерживающих мир.

Ветеран абхазской войны Лаша Зухба выразил солидарность с демонстрациями против закона «об иноагентах» в Тбилиси, вызвавшими большой резонанс в абхазском обществе. Как вы оцениваете позицию Зухбы и ажиотаж, последовавший за этим событием?

Абхазское общество долгое время жило под прямым давлением России и позаботилось о том, чтобы российская политическая, экономическая или военная поддержка не принесла ему развития (не говоря уже о международном признании). Действия России в Украине заставили их почувствовать угрозу аннексии.

Абхазам нужна стабильная, демократическая и европейская Грузия, чтобы чувствовать себя в большей безопасности.

В это время на фоне продолжающихся геополитических изменений в регионе появился новый импульс интеграции Грузии в Европейский Союз, что перекликается с потребностями и интересами их безопасности и развития.

Абхазам нужна стабильная, демократическая и европейская Грузия, чтобы чувствовать себя в большей безопасности, создать европейскую модель развития, построить демократическое, свободное и равноправное общество. Все это полностью соответствует национальным интересам Грузии.

В последнее время как в абхазском, так и в грузинском обществах и в экспертных кругах идет активная дискуссия о так называемой возможной конфедерации, которую Россия, судя по всему, предлагает, если Грузия откажется от западного курса. Реально ли это и какую опасность вы видите в этом предложении, если такой выбор действительно будет сделан?

Это одна из тактик гибридной войны России против Грузии, оплотом которой оказалось правительство «Грузинской мечты». После полномасштабной агрессии России в Украине правительство Грузии начало специальную информационную операцию против наших граждан: «Нас втягивают в войну западные партнеры, швейцарские банки, «глобальная партия войны» и масоны».

Стратегических партнеров клеймили врагами, врагов называли благодетелями, семейных предателей — защитниками семейной святости, лицемеров — сторонниками церкви и так далее. Одним из новых жанров этой спецоперации является «помощь» России в направлении восстановления территориальной целостности.

Абсурдность этого утверждения очевидна: последние 200 лет история Грузии – это история неоднократного обмана со стороны России, в том числе в виде многочисленных нарушений соглашения о прекращении огня во время войны в Абхазии.

Россия заинтересована лишь в сохранении нынешней неразрешенной ситуации, она не будет добровольно отзывать признание Абхазии и Южной Осетии/Цхинвальского региона.

Россия создавала и поощряла конфликты между соседями именно потому, что не позволяла соседним странам развиваться и прогрессировать, что привело бы к их политической и экономической независимости.

Поэтому в Грузии Россия заинтересована лишь в сохранении существующей неразрешенной ситуации, она не будет отменять признание Абхазии и Южной Осетии/Цхинвальского региона по своей воле. Остальное — просто лирика.

Нагорный Карабах является одним из примеров конфликта, «разрешенного» с помощью России: вместо взятого на себя договором обязательства Россия оставила на поле боя своего стратегического партнера – Армению, а формула решения выразилась в полном освобождении территории от населения региона.

Похожие сообщения